Как и обещали публикуем ответ тем на сайте "Евразия Дейли", кто нас "уважает и боится " одновременно и при этом наиболее полно концентрирует в своей статье благоглупости , иллюзии и карикатурные представления о марксизме.
"ЕВРАЗИЯ ДЕЙЛИ" :
21 февраля 1848 года в одной из типографий Лондона была напечатана скромная брошюра на немецком языке под названием: «Das Manifest der Kommunistischen Partei» («Манифест Коммунистической Партии»).
Вряд ли даже сами авторы Карл Маркс и Фридрих Энгельс, держа в руках пахнущие типографской краской первые экземпляры «Манифеста», отдавали себе отчет в том, что именно только что родилось из-под печатного пресса. Двадцать три страницы убористого текста, напечатанные на дешевой бумаге, оказались страшным заклинанием, которое вызвало к жизни силы, сметающие со своего пути прочные вековые уклады, мощные государства и миллионные армии.
НАШ КОММЕНТАРИЙ:
Все было наоборот. Не «страшные заклинания» «Манифеста» вызвали к жизни силы, «сметающие со своего пути прочные вековые уклады, мощные государства и миллионные армии», а первые самостоятельные выступления пролетариата (восстания лионских и силезских ткачей, чартистское движение) привели к созданию «Манифеста».
"Е.Д":
«А в тот момент это был всего лишь свод основных идей небольшой интернациональной кучки мечтателей, которые громко называли себя Союзам коммунистов и к тому времени успели провести целых два собрания, назвав их Конгрессами. При этом все же некоторую склонность к мистицизму это собрание несомненно испытывало. О чем говорил эпиграф самого «Манифеста» — «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма».
НК:
«Призрак коммунизма, которым в то время пугали обывателя, бродил в то время не в умах Маркса и Энгельса, а в головах властьимущих Европы, на что и указывают создатели «Манифеста»: «Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма. Все силы старой Европы объединились для священной травли этого призрака: папа и царь, Меттерних и Гизо, французские радикалы и немецкие полицейские».
А в головах трудящихся, простых рабочих, пролетариев и сочувствующих им интеллигентов начали бродить идеи социальной справедливости, равенства не только перед законом, но и социального равенства, идеи не только формальной свободы, но и свободы от эксплуатации, бедности и невежества, которые и получили свое научное выражение в «Манифесте».
"ЕД":
Первым делом авторы провозгласили гибель капитализма от рук пролетариата. Интересно. Как они представляли себе тогда эту самую «гибель».
"НК":
Маркс и Энгельс эту гибель представляли себе приблизительно так: главной проблемой капитализма является проблема перепроизводства.
Все меньшее количество рабочих производит все больше товаров, не находящих на мировом рынке платежеспособного спроса. В определенный момент очередной кризис перепроизводства достигает таких масштабов, с которыми буржуазия уже не способна справиться. Огромная масса рабочей силы не находит спроса на мировом рынке.
Рабочие, пролетарии, офисный планктон требуют работы (эксплуатации) и зарплаты, но буржуазия не в состоянии выполнить даже это их скромное требование.
Тогда они смещают власть буржуазии примерно под таким девизом: «Жить, работая, или умереть сражаясь!» (Лозунг лионских ткачей 1831 г.);
-решительно демократизируют всю систему власти, ликвидируют национальное государство, военно-промышленный комплекс и постоянные армии; обеспечивают переход к всемирной федерации народов, осуществляют и обеспечивают всем трудящимся без различия право свободного передвижения по планете, право свободного выбора по желанию места жительства, работы или учебы;
- прекращают деятельность рыночной стихии посредством обобществления банковской системы, кредита, решающих отраслей производства от которых зависит жизнеобеспечение всего общества;
- сокращают рабочий день на производстве до 6-5-4 часов в день;
-обеспечивают всех нуждающихся работой и зарплатой;
-вводят общедоступное медицинское обслуживание;
-осуществляют поэтапный переход к всеобщему высшему образованию…
«В предшествующей истории, - писал в «Немецкой идеологии» Маркс, - является безусловно эмпирическим фактом также и то обстоятельство, что отдельные индивиды, по мере расширения их деятельности до всемирно-исторической деятельности, всё более подпадали под власть чуждой им силы, которая становится всё более массовой и в конечном счёте проявляется как мировой рынок....
Всесторонняя зависимость, эта стихийно сложившаяся форма всемирно-исторической совместной деятельности индивидов, превращается благодаря коммунистической революции в контроль и сознательное господство над силами, которые, будучи порождены воздействием людей друг на друга, до сих пор казались им совершенно чуждыми силами и в качестве таковых господствовали над ними».
"ЕД": Первым делом авторы провозгласили гибель капитализма от рук пролетариата. Интересно. Как они представляли себе тогда эту самую «гибель».
Видимо не так, как это было потом в Петрограде в 17-м, когда озверевшие от вседозволенности «гегемоны» убивали на улице людей просто за то, что у них не было на руках мозолей.
НК:
И в Петрограде в 1917 г. все было не совсем так, а вернее, совсем не так, как представляет себе Евразия Дейли. Откройте энциклопедию, посмотрите Википедию, документы и вы увидите, что в 17 году были сотни убитых, но не пролетариатом, а защитниками самодержавия и интересов буржуазии.
Только один документик:
«Вот команда уже на месте. Рабочие заняли всю площадь Николаевского вокзала. Солдаты все еще надеются, что они вызваны только для видимости, чтобы навести страх. Но когда часовая стрелка на вокзальных часах придвинулась к двенадцати, сомнения солдат рассеялись — приказано стрелять. Раздался залп. Рабочие метнулись во все стороны. Первые залпы были почти без поражений: солдаты, как по уговору, стреляли вверх. Но вот затрещал пулемет, наведенный на толпу офицерами, и рабочая кровь обагрила покрытую снегом площадь. Толпа бросилась в беспорядке во дворы, давя друг друга. Конная жандармерия начала преследовать сбитого с позиции «врага», и это преследование продолжалось до поздней ночи. Только тогда воинские части были разведены по казармам. Наша команда под руководством штабс-капитана Дашкевича возвратилась в казарму ровно в час ночи».
Пажетных К.И.
Волынцы в февральские дни. Воспоминания
Рукописный фонд ИГВ, №488
Что касается собственно Октябрьского восстания, то в его ходе погибло всего 6 человек, а последовавшая за революцией 1917 г. война была развязана не большевиками и даже не внутренней контрреволюцией, у которой не было для этого достаточно сил, а прежде всего странами Антанты, которые ввели свои воинские контингенты на территорию России, вооружили белое движение с целью свергнуть революционную власть, восстановить власть помещиков и капиталистов и через них вернуть свое влияние на Россию и кредиты, которые были выданы царскому правительству на ведение войны.
"ЕД":
И еще интересно кем себя мыслил Фридрих Энгельс при победившем пролетариате, который кстати сам был фабрикантом, и главным спонсором всей это коммунистической затеи. Это ведь на деньги Энгельса, полученные от эксплуатации пролетариата, напечатали призыв погубить капитализм.
НК:
"Евразия Дейли" недоумевает, как такое возможно, самому быть фабрикантом и тратить деньги, на то, чтобы погубить капитализм. Рестораны, девочки, дорогие авто, яхты, - вот на что нужно тратить деньги, получаемые от эксплуатации рабочих. Ну не дурак ли был этот Энгельс, считавший себя коммунистом, то есть борцом за освобождение пролетариата? Вот я бы на его месте нашел более достойное применение для прибыли, чем бесполезная ее трата на утопические проекты освобождения лохов от нужды и эксплуатации! Что тут скажешь? Обыватель сам себе представляется вершиной эволюции.
Объяснять ему какими мотивами и чувствами руководствовался при этом «фабрикант» Энгельс, это все равно, что втолковывать евнуху о прелестях любви!
"ЕВРАЗИЯ ДЕЙЛИ":
Так почему же идеи, изложенные кучкой замечтавшихся интеллигентов, нашли позже такой отклик в сердцах и умах миллионов людей?
Ответ имеется. Потому что четко и ясно говорили о том, что именно нужно делать для всеобщего счастья.
НАШИ КОММЕНТАРИИ:
Говорить четко и ясно, что нужно делать для достижения цели, необходимое, но недостаточное условие для того, чтобы найти «отклик в сердцах и умах миллионов людей».
Необходимо, чтобы массы на собственном опыте убедились, что другие пути не дают выхода из сложившейся ситуации.
"ЕД":
«Путь для его достижения предлагался понятный и осуществимый — через насилие».
НК:
Вот ответ Энгельса на вопрос: «Возможно ли уничтожение частной собственности мирным путем?
Ответ: Можно было бы пожелать, чтобы это было так, и коммунисты, конечно, были бы последними, кто стал бы против этого возражать. Коммунисты очень хорошо знают, что всякие заговоры не только бесполезны, но даже вредны. Они очень хорошо знают, что революции нельзя делать предумышленно и по произволу и что революции всегда и везде являлись необходимым следствием обстоятельств, которые совершенно не зависели от воли и руководства отдельных партий и целых классов. Но, вместе с тем, они видят, что развитие пролетариата почти во всех цивилизованных странах насильственно подавляется и что тем самым противники коммунистов изо всех сил работают на революцию. Если все это, в конце концов, толкнет угнетенный пролетариат на революцию, то мы, коммунисты, будем тогда защищать дело пролетариата действием не хуже, чем сейчас словом» (См. Энгельс Ф. Принципы коммунизма).
"ЕД":
«Новая религия обещала достижение всеобщего счастья не на небе, а на земле, и при этом не требовала трудных праведных поступков».
НК:
«Религия и праведность тут упомянуты ни к селу, ни к городу».
А на счет «легкости» стоящих перед пролетариатом проблем, Энгельс говорил следующее: «... так как в жизненных условиях пролетариата все жизненные условия современного общества достигли высшей точки бесчеловечности; ... то ввиду всего этого пролетариат может и должен сам себя освободить. Но он не может освободить себя, не уничтожив своих собственных жизненных условий.
Он не может уничтожить своих собственный жизненных условий, не уничтожив всех бесчеловечных жизненных условий современного общества, сконцентрированных в его собственном положении.
Он не напрасно проходит суровую, но закаляющую школу труда. Дело не в том, в чём в данный момент видит свою цель тот или иной пролетарий или даже весь пролетариат. Дело в том, что такое пролетариат на самом деле и что он, сообразно этому своему бытию, исторически вынужден будет делать....» (См. Энгельс Ф. Святое семейство).
"ЕД":
«Чтобы создать общество всеобщего благоденствия нужно всего то осуществить главную идею манифеста — превратить пролетариат из угнетенного класса в господствующий. Авторы понимали, что буржуазия, как господствующий класс с этим так просто не согласится, ну что ж, теория утверждает неизбежность революционной смены формаций».
НК:
«Теория утверждает не неизбежность революционной смены формаций», а неизбежность борьбы. Читаем внимательно «Манифест»: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов.
Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов».
Никакой исторической предопределенности результатов этой борьбы не существует. Борьба может закончиться победой пролетариата, а может и общей гибелью борющихся классов, в нашем случае гибелью всего человечества. Все будет зависеть от соотношения сил, а также массы случайных вводных и переменных, которые невозможно будет предвидеть и предотвратить.
"ЕД":
«Идем далее. Получив господство, пролетариат немедленно приступает к построению безклассового (слово «бесклассового» пишется через «С» - «ПТ») общества под руководством коммунистов, которые изначально решили не доверять малограмотному пролетариату столь сложное дело. И посему объявили себя авангардом рабочего класса».
НК:
Цитируем по этому поводу «Манифест» дословно:
"В каком отношении стоят коммунисты к пролетариям вообще?
Коммунисты не являются особой партией, противостоящей другим рабочим партиям.
У них нет никаких интересов, отдельных от интересов всего пролетариата в целом.
Они не выставляют никаких особых принципов, под которые они хотели бы подогнать пролетарское движение.
Коммунисты отличаются от остальных пролетарских партий лишь тем, что, с одной стороны, в борьбе пролетариев различных наций они выделяют и отстаивают общие, не зависящие от национальности интересы всего пролетариата; с другой стороны, тем, что на различных ступенях развития, через которые проходит борьба пролетариата с буржуазией, они всегда являются представителями интересов движения в целом".
"ЕД":
При этом Маркс с Энгельсом почему-то считали, что пролетариат в теории классовой борьбы является вершиной «пищевой цепи», и с его победой эта самая классовая борьба прекратиться.
НК:
То, что пролетариат не является вершиной «пищевой цепи» также ясно, как и то, что "Евразия Дейли" явно не блещет остроумием.
Победивший пролетариат, по Марксу и Энгельсу, - это класс, которого больше нет, а раз нет пролетариата, создающего буржуазии прибавочную стоимость, то нет и самой буржуазии, ее присваивающей. Раз пролетариат еще существует, значит он еще не победил, а раз он победил, то его больше нет, а совсем не так, как представляет себе Евразия Дейли, что он сбросил буржуазию и занял ее место на «вершине пищевой цепочки».
"ЕД":
Старые классы просто исчезнут сами собой, а новые уже никогда не появятся. При этом победа пролетариата практически немедленно обеспечит мировое благоденствие, потому что исчезновение антагонизма между классами сразу же приведет к прекращению вражды между нациями. Так что все войны тут же прекратятся. Главное тут — побыстрей победить в планетарном масштабе и поскорее отказаться от всего буржуазного.
А именно: от ханжеской буржуазной морали и еще религии, которая эту мораль делает нравственно легитимной; от буржуазной семьи, которая сужает горизонты и мешает строить светлое будущее для всего человечества; от буржуазной собственности — ну зачем нужна собственность в обществе всеобщего благоденствия, когда все общее и всем всего хватает; от буржуазного государства — ну и это тоже очень понятно, «до основанья, а затем…». Эти постулаты оказались так удачно изложены и так удобны для восприятия, что стали быстро завоевывать умы, обеспечивая авторам коммунистического Завета место в истории и вечную политическую актуальность. Ведь ко времени выхода своего «Манифеста» Карл Маркс уже знал, что «идея становится материальной силой, когда она овладевает массами». Видимо поэтому программный документ заканчивался призывом: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
21 февраля 1848 года идея была изложена на бумаге и выпущена в мир. И ее создателям воистину повезло — они не дожили до того времени, когда она овладела массами.
НК:
Если бы все эти благоглупости и отсебятина, которые "Евразия Дейли" приписывает Марксу были истиной, о нем и о его друге Энгельсе благополучно забыли бы еще в XIX веке.
Но по оценкам библиографов, литература о Марксе и его учении, опубликованная в XIX и XX веках, по количеству страниц и изданий, превосходит даже публикации Библии и ее интерпретации. В XX веке на земном шаре имя Маркса упоминалось едва ли не наравне с именем Иисуса Христа.
Немецкий философ и идеологи пролетарских революций Карл Маркс возглавил список десяти самых выдающихся мыслителей нашего тысячелетия по результатам голосования в Интернете, организованного британской Би-би-си. Победа автора «Манифеста коммунистической партии» явилась полной неожиданностью для организаторов опроса.
Второе место занял Альберт Эйнштейн, третье - Исаак Ньютон.
Парламентская газета № 193 (323) от 12.10.1999
См. здесь
Что касается утверждения, что создателям этой теории «воистину повезло — они не дожили до того времени, когда она овладела массами», намекая на ужасы сталинизма, то и здесь они попали пальцем в небо. Идеи грубого коммунизма, государственного коммунизма, государственного социализма и государственного капитализма имели хождение уже в их время. Возникли они не благодаря, а вопреки учению Маркса и Энгельса. С этими идейными течениями классики вели непримиримую борьбу.
Маркс: «Грубый коммунизм, есть только форма проявления гнусности частной собственности, желающей утвердить себя в качестве положительной общности… Для такого рода коммунизма общность есть лишь общность труда и равенство заработной платы, выплачиваемой общинным капиталом, общиной как всеобщим капиталистом. Обе стороны взаимоотношения подняты на ступень представляемой всеобщности: труд – как предназначение каждого, а капитал – как признанная всеобщность и сила всего общества» (См. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 г. Раздел Коммунизм).
Энгельс: «Социал-демократическая партия не имеет ничего общего с так называемым государственным социализмом, системой огосударствления в фискальных целях, которая ставит государство на место частного предпринимателя и тем самым объединяет в одних руках силу экономической эксплуатации и политического угнетения рабочего» (Энгельс Ф. Социал-демократическая программа 1891 года. Соч. 2-е изд. Т.22, с. 623).
Чтобы сотрудники "Евразия Дейли" получили более конкретное представление о том, как Маркс представлял себе «царство свободы», которое должно уступить место царству экономической необходимости, дадим для ликбеза последнюю цитату и не будем их больше мучить:
«Царство свободы, – пишет Маркс в «Капитале», – начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства. Как первобытный человек, чтобы удовлетворять свои потребности, чтобы сохранять и воспроизводить свою жизнь, должен бороться с природой, так должен бороться и цивилизованный человек, должен во всех общественных формах и при всех возможных способах производства.
С развитием человека расширяется это царство естественной необходимости, потому что расширяются его потребности; но в то же время расширяются и производительные силы, которые служат для их удовлетворения. Свобода в этой области может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей. Но тем не менее это всё же остаётся царством необходимости. По ту сторону его начинается развитие человеческих сил, которое является самоцелью, истинное царство свободы, которое, однако, может расцвести лишь на этом царстве необходимости, как на своём базисе. ...» (Маркс К. Капитал. Соч. 2-е изд. Т.25, Ч. II, с. 386-387).
С коммунистическим, пролетарским приветом,
группа «Против течения».
Так почему же идеи, изложенные кучкой замечтавшихся интеллигентов, нашли позже такой отклик в сердцах и умах миллионов людей?
Ответ имеется. Потому что четко и ясно говорили о том, что именно нужно делать для всеобщего счастья.
НАШИ КОММЕНТАРИИ:
Говорить четко и ясно, что нужно делать для достижения цели, необходимое, но недостаточное условие для того, чтобы найти «отклик в сердцах и умах миллионов людей».
Необходимо, чтобы массы на собственном опыте убедились, что другие пути не дают выхода из сложившейся ситуации.
"ЕД":
«Путь для его достижения предлагался понятный и осуществимый — через насилие».
НК:
Вот ответ Энгельса на вопрос: «Возможно ли уничтожение частной собственности мирным путем?
Ответ: Можно было бы пожелать, чтобы это было так, и коммунисты, конечно, были бы последними, кто стал бы против этого возражать. Коммунисты очень хорошо знают, что всякие заговоры не только бесполезны, но даже вредны. Они очень хорошо знают, что революции нельзя делать предумышленно и по произволу и что революции всегда и везде являлись необходимым следствием обстоятельств, которые совершенно не зависели от воли и руководства отдельных партий и целых классов. Но, вместе с тем, они видят, что развитие пролетариата почти во всех цивилизованных странах насильственно подавляется и что тем самым противники коммунистов изо всех сил работают на революцию. Если все это, в конце концов, толкнет угнетенный пролетариат на революцию, то мы, коммунисты, будем тогда защищать дело пролетариата действием не хуже, чем сейчас словом» (См. Энгельс Ф. Принципы коммунизма).
"ЕД":
«Новая религия обещала достижение всеобщего счастья не на небе, а на земле, и при этом не требовала трудных праведных поступков».
НК:
«Религия и праведность тут упомянуты ни к селу, ни к городу».
А на счет «легкости» стоящих перед пролетариатом проблем, Энгельс говорил следующее: «... так как в жизненных условиях пролетариата все жизненные условия современного общества достигли высшей точки бесчеловечности; ... то ввиду всего этого пролетариат может и должен сам себя освободить. Но он не может освободить себя, не уничтожив своих собственных жизненных условий.
Он не может уничтожить своих собственный жизненных условий, не уничтожив всех бесчеловечных жизненных условий современного общества, сконцентрированных в его собственном положении.
Он не напрасно проходит суровую, но закаляющую школу труда. Дело не в том, в чём в данный момент видит свою цель тот или иной пролетарий или даже весь пролетариат. Дело в том, что такое пролетариат на самом деле и что он, сообразно этому своему бытию, исторически вынужден будет делать....» (См. Энгельс Ф. Святое семейство).
"ЕД":
«Чтобы создать общество всеобщего благоденствия нужно всего то осуществить главную идею манифеста — превратить пролетариат из угнетенного класса в господствующий. Авторы понимали, что буржуазия, как господствующий класс с этим так просто не согласится, ну что ж, теория утверждает неизбежность революционной смены формаций».
НК:
«Теория утверждает не неизбежность революционной смены формаций», а неизбежность борьбы. Читаем внимательно «Манифест»: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов.
Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов».
Никакой исторической предопределенности результатов этой борьбы не существует. Борьба может закончиться победой пролетариата, а может и общей гибелью борющихся классов, в нашем случае гибелью всего человечества. Все будет зависеть от соотношения сил, а также массы случайных вводных и переменных, которые невозможно будет предвидеть и предотвратить.
"ЕД":
«Идем далее. Получив господство, пролетариат немедленно приступает к построению безклассового (слово «бесклассового» пишется через «С» - «ПТ») общества под руководством коммунистов, которые изначально решили не доверять малограмотному пролетариату столь сложное дело. И посему объявили себя авангардом рабочего класса».
НК:
Цитируем по этому поводу «Манифест» дословно:
"В каком отношении стоят коммунисты к пролетариям вообще?
Коммунисты не являются особой партией, противостоящей другим рабочим партиям.
У них нет никаких интересов, отдельных от интересов всего пролетариата в целом.
Они не выставляют никаких особых принципов, под которые они хотели бы подогнать пролетарское движение.
Коммунисты отличаются от остальных пролетарских партий лишь тем, что, с одной стороны, в борьбе пролетариев различных наций они выделяют и отстаивают общие, не зависящие от национальности интересы всего пролетариата; с другой стороны, тем, что на различных ступенях развития, через которые проходит борьба пролетариата с буржуазией, они всегда являются представителями интересов движения в целом".
"ЕД":
При этом Маркс с Энгельсом почему-то считали, что пролетариат в теории классовой борьбы является вершиной «пищевой цепи», и с его победой эта самая классовая борьба прекратиться.
НК:
То, что пролетариат не является вершиной «пищевой цепи» также ясно, как и то, что "Евразия Дейли" явно не блещет остроумием.
Победивший пролетариат, по Марксу и Энгельсу, - это класс, которого больше нет, а раз нет пролетариата, создающего буржуазии прибавочную стоимость, то нет и самой буржуазии, ее присваивающей. Раз пролетариат еще существует, значит он еще не победил, а раз он победил, то его больше нет, а совсем не так, как представляет себе Евразия Дейли, что он сбросил буржуазию и занял ее место на «вершине пищевой цепочки».
"ЕД":
Старые классы просто исчезнут сами собой, а новые уже никогда не появятся. При этом победа пролетариата практически немедленно обеспечит мировое благоденствие, потому что исчезновение антагонизма между классами сразу же приведет к прекращению вражды между нациями. Так что все войны тут же прекратятся. Главное тут — побыстрей победить в планетарном масштабе и поскорее отказаться от всего буржуазного.
А именно: от ханжеской буржуазной морали и еще религии, которая эту мораль делает нравственно легитимной; от буржуазной семьи, которая сужает горизонты и мешает строить светлое будущее для всего человечества; от буржуазной собственности — ну зачем нужна собственность в обществе всеобщего благоденствия, когда все общее и всем всего хватает; от буржуазного государства — ну и это тоже очень понятно, «до основанья, а затем…». Эти постулаты оказались так удачно изложены и так удобны для восприятия, что стали быстро завоевывать умы, обеспечивая авторам коммунистического Завета место в истории и вечную политическую актуальность. Ведь ко времени выхода своего «Манифеста» Карл Маркс уже знал, что «идея становится материальной силой, когда она овладевает массами». Видимо поэтому программный документ заканчивался призывом: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
21 февраля 1848 года идея была изложена на бумаге и выпущена в мир. И ее создателям воистину повезло — они не дожили до того времени, когда она овладела массами.
НК:
Если бы все эти благоглупости и отсебятина, которые "Евразия Дейли" приписывает Марксу были истиной, о нем и о его друге Энгельсе благополучно забыли бы еще в XIX веке.
Но по оценкам библиографов, литература о Марксе и его учении, опубликованная в XIX и XX веках, по количеству страниц и изданий, превосходит даже публикации Библии и ее интерпретации. В XX веке на земном шаре имя Маркса упоминалось едва ли не наравне с именем Иисуса Христа.
Немецкий философ и идеологи пролетарских революций Карл Маркс возглавил список десяти самых выдающихся мыслителей нашего тысячелетия по результатам голосования в Интернете, организованного британской Би-би-си. Победа автора «Манифеста коммунистической партии» явилась полной неожиданностью для организаторов опроса.
Второе место занял Альберт Эйнштейн, третье - Исаак Ньютон.
Парламентская газета № 193 (323) от 12.10.1999
См. здесь
Что касается утверждения, что создателям этой теории «воистину повезло — они не дожили до того времени, когда она овладела массами», намекая на ужасы сталинизма, то и здесь они попали пальцем в небо. Идеи грубого коммунизма, государственного коммунизма, государственного социализма и государственного капитализма имели хождение уже в их время. Возникли они не благодаря, а вопреки учению Маркса и Энгельса. С этими идейными течениями классики вели непримиримую борьбу.
Маркс: «Грубый коммунизм, есть только форма проявления гнусности частной собственности, желающей утвердить себя в качестве положительной общности… Для такого рода коммунизма общность есть лишь общность труда и равенство заработной платы, выплачиваемой общинным капиталом, общиной как всеобщим капиталистом. Обе стороны взаимоотношения подняты на ступень представляемой всеобщности: труд – как предназначение каждого, а капитал – как признанная всеобщность и сила всего общества» (См. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 г. Раздел Коммунизм).
Энгельс: «Социал-демократическая партия не имеет ничего общего с так называемым государственным социализмом, системой огосударствления в фискальных целях, которая ставит государство на место частного предпринимателя и тем самым объединяет в одних руках силу экономической эксплуатации и политического угнетения рабочего» (Энгельс Ф. Социал-демократическая программа 1891 года. Соч. 2-е изд. Т.22, с. 623).
Чтобы сотрудники "Евразия Дейли" получили более конкретное представление о том, как Маркс представлял себе «царство свободы», которое должно уступить место царству экономической необходимости, дадим для ликбеза последнюю цитату и не будем их больше мучить:
«Царство свободы, – пишет Маркс в «Капитале», – начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства. Как первобытный человек, чтобы удовлетворять свои потребности, чтобы сохранять и воспроизводить свою жизнь, должен бороться с природой, так должен бороться и цивилизованный человек, должен во всех общественных формах и при всех возможных способах производства.
С развитием человека расширяется это царство естественной необходимости, потому что расширяются его потребности; но в то же время расширяются и производительные силы, которые служат для их удовлетворения. Свобода в этой области может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей. Но тем не менее это всё же остаётся царством необходимости. По ту сторону его начинается развитие человеческих сил, которое является самоцелью, истинное царство свободы, которое, однако, может расцвести лишь на этом царстве необходимости, как на своём базисе. ...» (Маркс К. Капитал. Соч. 2-е изд. Т.25, Ч. II, с. 386-387).
С коммунистическим, пролетарским приветом,
группа «Против течения».
